Ася Лавринович – выпускница ЮУрГУ, журналист и автор книг для подростков. Она рассказала, чем для нее остается альма-матер, какие студенческие дни вспоминает с особой теплотой и как от работы в СМИ пришла к художественной литературе.
У каждого выпускника ЮУрГУ – своя история. Для Аси Лавринович, журналиста и автора книг для подростков, университет – это прежде всего время, которое до сих пор отзывается теплом: друзья, спонтанные планы, прогулки по Челябинску и та самая атмосфера, к которой хочется возвращаться. В интервью она рассказала, как журналистика привела её к художественной литературе, почему писательство начиналось с самиздата, что для нее значит отклик читателей и какой совет она дала бы сегодняшним студентам, которые хотят писать книги, но боятся начать.
— Вы выпускница ЮУрГУ. Спустя годы, что для вас значит этот университет? Осталось ли что-то, что до сих пор тянет обратно – места, люди, атмосфера?
— ЮУрГУ для меня – это в первую очередь несколько важных лет жизни и моя студенческая юность. Считаю это время счастливым и беззаботным. Я училась на журналистике, и университет дал мне не только профессию, но и много людей, опыта и воспоминаний, которые до сих пор со мной.
Спустя годы особенно приятно возвращаться в знакомые места. Сильнее всего тянет именно атмосфера: когда оказываешься поблизости, всё вокруг напоминает об этом времени. Ну и, конечно, друзья, с которыми я стараюсь встречаться при каждом приезде в Челябинск. С некоторыми мы пересекаемся в самых разных точках страны и за её пределами. Родные и близкие по духу люди – главное, что дал мне университет.
— Какие воспоминания из студенческих лет остались самыми тёплыми? Может быть, есть история, которую вы до сих пор рассказываете друзьям или даже использовали в книге?
— Самые тёплые воспоминания связаны не с большими событиями, а с обычной студенческой жизнью: разговорами после занятий, прогулками, поездками, друзьями, совершенно спонтанными планами. В тот момент кажется, что это просто обычные дни, а спустя годы именно они почему-то вспоминаются чаще всего. Пицца «Мия» через дорогу, прогулки в парке, колесо обозрения... И даже перспективу отрабатывать на каникулах прогулы по физре сейчас я вспоминаю с улыбкой, хотя в тот момент это, конечно, воспринималось как катастрофа.
Мы были спорщиками, и это чувствуется во всех моих книгах о студенчестве. У меня есть даже история, построенная на споре, – «Влюбить за 90 секунд».
— Помните ли вы момент, когда впервые поняли, что хотите писать? Это случилось ещё в студенчестве или уже после выпуска?
— Я с детства любила писать, сочинять и фантазировать, поэтому желание придумывать свои истории появилось гораздо раньше студенчества. Но о будущей профессии я тогда не думала, скорее, искала, в какое русло направить это желание. Так и выбрала журналистику.
Попробовать себя в художественных текстах решила уже после опыта работы в СМИ. Поняла, что мне комфортнее придумывать свои истории, чем рассказывать о чужих. В журналистике нужны факты, а в художественной литературе наконец можно дать волю фантазии.
— Как складывалась ваша жизнь после университета? Пришлось ли выбирать между карьерой по специальности и писательством, или удалось совместить?
— После университета я некоторое время работала по специальности, в «Аргументах и фактах». Пробовала себя во фрилансе и даже немного поработала на госслужбе. Этот опыт потом мне пригодился: в плане дисциплины, работы со сроками и умения структурировать день. Писательство сначала было моим хобби. Я сразу решила, что повести будут о подростках и для подростков. Размещала тексты на одном из порталов самиздата, находила первых читателей... Со временем книг и прочтений становилось всё больше, а художественные тексты стали занимать почти всё моё время.
Поэтому резкого выбора между журналистикой и литературой у меня не было. Скорее, одно постепенно сменило другое.
— Ваша первая книга – как она появилась? Это была давняя мечта, случайность или результат долгой работы? И что вы чувствовали, когда держали её в руках впервые?
— Именно мечты о бумажном издании у меня тогда не было. Я начала с самиздата и довольно комфортно себя там ощущала. Со временем появилась своя аудитория, а потом на меня обратили внимание в издательстве и предложили сотрудничество. Сейчас это довольно популярная схема.
При этом всё происходило без резких скачков. Книга не стала сразу бестселлером, не было какого-то взлёта: аудитория росла понемногу, одна книга сменяла другую, я шаг за шагом училась и как автор, и как человек, работающий с читателями. И мне до сих пор нравится эта постепенность.
Когда книга впервые оказалась у меня в руках, конечно, я была рада. Но никакого масштабного будущего для себя не загадывала. Думала, что всё ограничится одной-двумя бумажными книгами, а не целой серией, которая растянется на несколько лет.
— Что для вас значит отклик читателей? Помните ли вы первое письмо или сообщение от того, кому ваша книга оказалась важна?
— Для меня это, наверное, одна из самых удивительных сторон писательства. Ты сидишь один со своим ноутбуком, придумываешь персонажей и события, а потом оказывается, что совершенно незнакомый человек прочитал твою историю, и она что-то у него вызвала. Первые сообщения и отзывы от читателей запомнились именно этим удивлением: читатель, которого ты никогда не встречала, потратил своё время, чтобы написать тебе о твоей книге. Даже спустя годы я к этому не привыкла. Конечно, хочется верить, что книги в какой-то момент помогают людям - поднимают настроение, скрашивают вечер или отвечают на какой-то вопрос, который встаёт перед молодыми читателями в процессе взросления.
— Сегодня вы – автор, у которого есть читатели. Что для вас важнее в этом пути: сам процесс написания, отклик людей или возможность что-то сказать миру? И менялось ли это ощущение с годами?
— Наверное, всё-таки сам процесс. Мне до сих пор нравится придумывать героев, наблюдать за ними, искать для них правильные слова и постепенно собирать историю. Процесс написания книг доставляет мне удовольствие. Думаю, если бы мне не нравилось само писательство, никакой отклик читателей уже не компенсировал бы это. Но с годами я стала гораздо сильнее чувствовать именно связь с читателями. Когда только начинаешь писать, ты думаешь прежде всего о самой книге, а потом понимаешь, что у неё появляется собственная жизнь и люди, которым она на несколько часов принесла спокойствие и уют. Это очень ценно.
— Что вас вдохновляет сегодня – люди, музыка, прогулки, разговоры? Изменились ли эти источники вдохновения с тех пор, как вы были студенткой?
— Меня по-прежнему больше всего вдохновляют люди и моя обычная жизнь. Разговоры, случайно услышанные фразы, какие-то мелочи, которые почему-то остаются в памяти. Иногда совершенно незначительная деталь спустя время неожиданно находит место в книге.
Наверное, со студенческих лет изменилось скорее не то, что меня вдохновляет, а моё внимание к этому. Сейчас я чаще замечаю какие-то детали и мысленно откладываю их на будущее. Иногда даже сама не знаю, пригодятся они мне или нет, но всё усердно записываю в заметки на телефоне.
— Какой совет дали бы сегодняшним студентам, которые хотят писать, но боятся начать?
— Наверное, просто начать. Не ждать идеального момента, свободного времени или уверенности в том, что обязательно получится. Первый текст может оказаться совсем не таким, каким вы его представляли, и это нормально.
И я бы ещё посоветовала не сравнивать себя с другими. У каждого свой путь, свой темп и своё время. Мне кажется, гораздо важнее продолжать писать о том, что тебя захватывает, и постепенно становиться лучше, чем пытаться сразу соответствовать чьему-то уровню.